thezis_pic_mini08072014

Донецк: синдром ВИЧ-позитивных

Июл 8 • Общество, РубрикиКомментариев нет

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5,00 out of 5)

Когда-то моя подруга, работая психологом в одном социальном центре, рассказала о синдроме, который развивается у ВИЧ-позитивных людей. У них, как и до болезни, есть амбиции, цели и планы на будущее. Только все это сжато в сроках. И у каждого позитивного сроки заданы вирусом и количеством иммунных клеток в крови, то есть тем количеством времени, которое ему отвели медики.

Сейчас, проживая в зоне боевых действий и наблюдая за своими знакомыми, соседями, друзьями, коллегами и даже просто собеседниками в интернете, я сталкиваюсь с тем же эффектом. Люди мысленно сократили свою жизнь донельзя и пытаются в это «нельзя» втолкнуть все, что было запланировано на целую жизнь.

Легче всего переживают панику те, кто заливает ее алкоголем. Причем начиная от домашнего вина и самогона, продолжая водкой и заканчивая дорогими сортами коньяка и виски. Да, напиваются до беспамятства люди разного уровня достатка, но напиваются так, чтобы не реагировать на реальность или не воспринимать ее всерьез.

Альтернатива алкоголю — стратегия «попробовать все». Наркотики, беспорядочный секс, пострелять, гонки на мотоциклах. И любая другая дурь. Человек думает «я все равно завтра умру, так почему бы и нет?». А как результат — может сломать позвоночник и остаться жить парализованным. Но толчком к подобным действиям служит все та же паника.

Следующий вид реакции — паника в чистом виде. Люди просто хватают документы и детей и бегут «куда глаза глядят». После, уже устроившись в спокойном месте, начинают соображать: «А как же быть дальше?». Причем зачастую оказывается, что проблема-то в сущности не решена. Наоборот, проблем стало больше. Доказать, что ты беженец, оформить кучу бумажек (и это счастье, если ты успел взять с собой документы), устроить детей в садик или школу, найти работу и жилье. Очень многие не готовы работать дворником или на сборе клубники после уютной работы бухгалтером или офис-менеджером. При этом человек не в состоянии понять, почему он не может найти работу по специальности в мегаполисе. Оказывается, что в маленьких городках или поселках нужны провизоры, фармацевты или иные узкие специалисты. Снова шок, травма, каждый день моральные унижения. Попытка осознать, что ты бесправный бомж, — а потом необходимость доказывать это. Даже у сильных личностей психика может не выдержать.

Еще один вид паники — осознанный побег. Человек ищет, куда уехать, где остановиться, просматривает заранее вакансии. Переезжает, обустраивается. А потом возникает пустота. Помните, как в песне группы «Рондо»: «Нажми на кнопку — получишь результат, твоя мечта осуществится. Нажми на кнопку. Ну что же ты не рад? Тебе ведь больше не к чему стремиться?». Вот так и тут. Все достигнуто и что же дальше?

Те, у кого более крепкая нервная система, никуда не бегут. Многие обустраивают погреба или упаковывают «экстренный» чемодан. Но при этом отдают себе отчет, что они дома, у себя дома. Со своей семьей. В своем социуме. Им тяжелее всех. Каждый день заставлять себя просыпаться. Именно заставлять, потому что реальность страшна. Молиться Богу или просто скрещивать пальцы в кармане, выходя из дома и осиливая дорогу на работу и обратно. Сражаться с постоянным желанием посмотреть в интернете, что же «там» происходит. И мысленно просчитывать самый безопасный маршрут домой. А вечером заставлять себя заснуть, считая, как в детстве, слонов, звездочки или монеты. Заставлять, потому что мозг не может «тормозить», его целый день пичкают тоннами информации, которую он просто отказывается обрабатывать в таких объемах. Но человек засыпает, а потом вновь заставляет себя проснуться. И вместо планов на отпуск он думает: «А доживу ли я?». Или: «А если и доживу, то смогу ли выехать?».

Представьте себе реакцию врачей, если повсеместно люди придут в амбулатории и попросят успокоительные? Ведь многие препараты можно купить только по рецепту. Но наркотик под названием «телевизор» и яд под названием «новости» — бесплатны.

В начале статьи я говорила о сроках, отведенных врачами, и не оговорилась. Зачастую люди в белых халатах выносят безапелляционные приговоры, забывая о том, что медицине далеко не все известно. Так, например, есть пациенты, победившие ВИЧ. Из-за их желания жить и стремления развиваться вирус просто не размножается в крови. Есть целое семейство ретровирусов, многие из которых не столь опасны, как ВИЧ, но анализ дает положительный результат. Я лично знаю человека, в организме которого после установления ВИЧ-позитивного статуса вирус не размножается более 5 лет! То же самое и с войной. Люди не всегда осознают, что не политика и военные решают судьбы, а какое-то предопределение свыше. Каждому отмерена своя мера того, что нужно пережить и вынести.

Но наша психика мутировала. Как вирус в организме человека. Видоизменилась, но еще не успела приспособиться. И если предыдущее поколение просто вырастало без национальной идеи, то нынешнее растет в страхе и ужасе. По телевизору показывают много психологов и психотерапевтов с умными словами о гиперинформированности, о том, в чем разница между страхами и опасениями. О детях, которые рисуют острые углы, каляки-маляки в темных тонах и рассуждают о бомбежках.

А если попросить нарисовать что-то взрослых? Что будет с ними? Люди мечтали о будущем детей, о своей карьере, о постройке дома или о том, какой дизайн выбрать для спальни. А теперь все планы разрушены. Каждая мысль в голове взвешивается на весах. На одной чаше мысль — на другой антимысль. Карьера? А, может, жизнь дороже, и на работу я не поеду? Дети? Да с такими нервами я психа рожу — может, лучше аборт? А лекарства от этого синдрома, как и против СПИДа, нет. Остается адаптироваться, ждать и у кого хватает мужества — верить.

Самое страшное в том, что все население страны искалечено. Те, кто живут в мирных регионах, ненавидят воюющий регион, потому что там гибнут их отцы, сыновья и братья. Те, кто живут в воюющем регионе — ненавидят остальных за то, что их пришли убивать. После этого население страны уже никогда не сможет говорить о национальной идее. Это как катастрофа, как теракт. Есть жизнь до и после. Если она будет после…

Донецк: синдром ВИЧ-позитивных

Как вернуть людям ощущение жизни и избавить от синдрома ВИЧ-положительных, когда каждый поступок, каждая мысль пропускается через фильтр «а если завтра уже не будет»? Нормальное мышление, адекватные реакции, взвешенность поступков — все это составляющие личности. И их нет. На их месте нечто вроде рефлексов, как у «собаки Павлова». И если зимой психологи нужны были сотням, то сейчас психотерапевты нужны всему населению. Потому что это уже не разные и уникальные люди со своими личными тревогами, заботами, планами. Это два вида политических масс, которые встряхнули в одном флаконе как высокомолекулярные спирты, и получилась однородная жидкость. А как только флакон постоял — спирты разделились на две фракции.

Закончится война. Все успокоится. А что будет с этими массами и их психикой? Смогут ли они снова почувствовать себя людьми, а не массами? Антиретровирусную терапию изобретали долго. Не одно поколение ВИЧ-позитивных погибло. Сколько будут изобретать терапию для этого вируса?

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
При републикации материалов сайта «Тезис. Гуманитарные дискуссии» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Похожие записи

« »