Почему в России так популярен роман «Атлант расправил плечи»

Евангелие от Айн Рэнд

Мар 2 • Популярные темы, Темы неделиКомментариев нет

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (3 votes, average: 5,00 out of 5)
Борис Прокудин

Борис Прокудин

Доцент факультета политологии МГУ.

История романа Айн Рэнд «Атлант расправил плечи» странным образом повторяет историю романа «Что делать?» Николая Чернышевского. Странно видеть рядом имена романтического социалиста и страстной ненавистницы социализма, однако сходство их текстов поразительно.

Чернышевский в 1864 году написал плохой роман. Плохой он был в литературном плане. Герои получились картонными, диалоги — надуманными, пафосными, сюжет — неправдоподобным. Идеи — в лоб! Сплошная пропаганда. И это — в век высочайшего развития русской литературы, когда поблизости творили Толстой и Тургенев. Но, как писал П.А. Кропоткин, ни у одного самого литературно безупречного романа Тургенева или Толстого не было такой огромной армии читателей, как у плохого романа «Что делать?». Потому что люди искали в нем не красот, а программы. Не философских вопросов, а житейских ответов. И находили. «Что делать?» стал энциклопедией или справочной книгой для молодежи. Под неуклюжей формой романа оказалось подробное руководство по переустройству всех общественных отношений.

«Атлант» такой же. Литературно он очень плох. Главная героиня Дэгни Таггерт в своем неправдоподобии бьет Веру Павловну по всем фронтам. Если в картоне, из которого сделаны Кирсановы и Лопуховы есть органика, то Голты и Реэрдэны сделаны из самой ядовитой пластмассы. Здесь, как и в «Что делать?», нет исследования жизни, только пропаганда. Тысяча страниц. «Атлант» — самая толстая в мире агитационная листовка. Но «Атланта», как и «Что делать» нельзя судить мерками литературы. Писать романы для Рэнд и Чернышевского было уловкой. Они хорошо понимали, сколько читателей может быть у научного трактата и сколько у романа, поэтому облачали свои идеологии в романные одежды. И неизменно выигрывали. Оба. У Айн Рэнд миллионы поклонников потому, что она дает своим читателям простые ответы, которые не может давать литература. Айн Рэнд придумала Евангелие юных капиталистов, как когда-то Чернышевский придумал Евангелие для русских нигилистов. Первое «перепахало» Роналда Рейгана и Хилари Клинтон, а второе — Дмитрия Каракозова и Владимира Ленина.

Теперь о нас. Почему Рэнд так популярна в современной России?

Здесь нам опять поможет аналогия с Чернышевским. Один критик писал, что герои романа «Что делать?» живут и поступают так, «будто не было тысячелетней культуры, великих творений гениев», не было житейского опыта, добытого тяжким трудом и тысячами ошибок. Все элементарно и просто. Что персонажей «Что делать?» правильно называть не «новыми людьми», а «людьми ниоткуда». Герои Чернышевского — разночинцы, новое для России XIX века явление. У разночинцев не было собственной истории и развитого самосознания, в отличие от представителей других сословий, дворян или крестьян. У них было только университетское образование. И самосознание они складывали из достижений современной им науки: из материалистов, Фейербаха, Фурье и Жорж Санд. И заслуга Чернышевского была не только в том, что разрозненные части этого недооформившегося разночинного самосознания он объединил в единую доктрину. Сделал непротиворечивую программу жизнедеятельности. Его главная заслуга в том, что он эмансипировал целое сословие. Дал ему голос, узаконил множество неведомых дотоле или маргинальных общественных практик. Если тебе невыносимо жить с алчными деспотичными родителями, — уходи, говорил он. Любишь другого, не прыгай под поезд, — разводись. Хочешь работать — ищи возможности и работай!  Жизнь может быть такой, как ты ее сам придумаешь.

Как мне кажется, главная заслуга Рэнд в современной России — та же: она создала новое целостное мировоззрение и освободила русских людей от их тяжеловесной культуры. После крушения Советского Союза и идей построения социализма, реформаторы очень нескоро признались, что в России строится капиталистическая экономика. Это было объявлено года через три после приватизации, и то — как-то в кулачок, боясь бунтов и расправ. Слово «капитализм» с самого начала стало в России синонимом чиновнического коварства, лицемерия, коррупции, кражи. Откуда было молодым русским ребятам получить пакет новых полноценных жизненных принципов и моральных ориентиров? Какая «этика» могла в России породить здоровый «дух капитализма»? Никакой, кроме рэндианской!

У юных русских капиталистов, как прежде у разночинцев, не было развитого самосознания, только представление, что доллары — это хорошо, а «совок» — плохо. У Рэнд они нашли базу под эти представления, доктрину, жизненную стратегию капиталиста на тысяче вдохновляющих страниц. И русский атлант стал расправлять плечи.

Но это не самое главное. Важнее — освобождение. Философия объективизма, которую придумала Айн Рэнд (вариант упрощенного ницшеанства), освободила тысячи русских ребят от диктата этикоцентричной русской культуры. Ведь русская философия и литература XIX века, да и советская культура высоких идеалов наплодили целую нацию недееспособных (в капиталистическом плане) людей. Христианство, милосердие, братство… всем этим по самую макушку заполнены наши русские головы. Толстые и Достоевские, а потом — Фадеевы и Аркадии Гайдары установили и постоянно обновляли операционную систему в нашем сознании, основанную на моральных принципах.

Диктат русской культуры чувствуется, когда ты не можешь купить самый простой кожаный диван, чтобы не вспомнить: «Не собирайте себе сокровищ на земле, где воры подкапывают и крадут». Не можешь уволить идиота-сотрудника, чтобы перед глазами не встали фигуры Акакия Акакиевича, станционного смотрителя и еще целая рота беззащитных маленьких людей. Не можешь просто цивилизованно конкурировать с себе подобными (в ВУЗе или на работе), чтобы в голове не замелькали кадры какого-нибудь советского фильма про то, что сам умирай, а товарища выручай. И если ты не передашь, например, шпоры соседу на экзамене, то дрянь ты и крыса, а не человек. Вот от этих культурных норм нас освобождала Рэнд.

К черту братство и коллективизм, говорила Рэнд! Забудьте!

К черту милосердие и альтруизм!

К черту Достоевского и Толстого, всех писателей и поэтов!

К черту добренького Христа! К черту Бога!

Все, на чем стояла русская культура, было признано враждебным капитализму. Враждебным светлому будущему.

Русская культура не приведет вас к счастью и процветанию, она продуцирует страдание и тоталитарные режимы, как бы говорила Рэнд своим текстом. Убейте в себе русские ценности. Не бойтесь! Выбрасывайте весь этот православно-литературный и коллективистский хлам! И без него вы будете свободны.

Одним словом, Рэнд дает молодым русским людям программу жизни и позитивный проект будущего в условиях капиталистического хозяйствования, который не могут дать им религиозно-народнические классики, советские родители и кремлевские идеологи, которые до сих пор не определились, что мы строим в России: рынок или социальное государство, европейцы мы или евразийцы. Рэнд так популярна потому, что она абсолютно понятна и говорит о пути достижения счастья здесь, на земле: «Мир, которого ты так желаешь, может быть завоеван, он существует, он реален, он возможен, он твой. Но для того, чтобы его завоевать, требуется полная концентрация, полный разрыв с миром твоего прошлого…» (Из проповеди Джона Голта).

Читайте также«Всем спасибо, все свободны, или Почему в России любят Айн Рэнд»

О непонятой Айн Рэнд и вопле страха за свою несостоятельность

Изображая жертву

Если вам интересно поучаствовать в дискуссии на эту тему, присылайте свои мысли, оформленные в виде статьи, на почту редакции через форму обратной связи

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
При републикации материалов сайта «Тезис. Гуманитарные дискуссии» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Похожие записи

« »