Zinaida_Serebryakova_(1914)_At_Breakfast

Неподдельное искусство

Апр 4 • Культура, РубрикиКомментариев нет

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (2 votes, average: 1,00 out of 5)
Валерия Куватова

Валерия Куватова

Историк искусства. В настоящее время занимается когнитивной психологией (Институт психологии им. Выготского (РГГУ) и является креативным директором Лаборатории интеллектуальных технологий «Нео-Кортекс».

В свете прошедшей недавно с большим успехом выставки работ Зинаиды Серебряковой, посвященной парижскому периоду ее жизни, хочется еще раз вернуться к творчеству художницы, взглянув на него, в том числе, с точки зрения истории ее семьи.

СЕМЬЯ

Как известно, Зинаида Серебрякова принадлежит к большому — и абсолютно уникальному — семейству Бенуа-Лансере-Серебряковых, чья деятельность оказала значительное влияние на историю русского изобразительного искусства. Наиболее ярко творческими исканиями этой удивительной семьи озарены рубежные десятилетия XIX-XX веков, хотя в действительности ее вклад в русскую и европейскую культуру намного более фундаментален. Уже с начала XIX века представители семейства занимают прочную позицию в истории русского искусства.

Семья Бенуа-Лансере имеет франко-итальянское происхождение. Прапрадед Екатерины Серебряковой, венецианский композитор Катерино Кавос, переехал в Россию в конце XVIII века, когда Венецианская Республика прекратила свое существование в результате завоевания Наполеоном. Примерно в то же время, спасаясь от ужасов Великой французской революции, в Россию переехал и второй прапрадед художницы — Луи-Жюль Бенуа. Сын Жюля Николай стал известным архитектором и принимал участие в строительстве Петергофа.

Сама Зинаида (урожденная Лансере) — дочь скульптора Евгения Лансере и Екатерины Николаевны, урожденной Бенуа. В семье было шестеро детей, самая младшая — Зинаида — оказалась самой талантливой. Евгений умер, в 1886 году, когда Зинаиде было всего три года, а Екатерина Николаевна дожила до 1933 года. Именно ей принадлежит заслуга передачи молодому поколению творческих семейных традиций.

НЕСКУЧНОЕ

До революции семья жила в усадьбе Нескучное Курской губернии, которое в свое время купил Евгений Лансере. Дореволюционное творчество Серебряковой во много связано с Нескучным. В двадцать лет она познакомилась здесь со своим будущим мужем, Борисом Серебряковым, который был инженером путей сообщения и не имел отношения к творческой деятельности. Зинаида нежно любила мужа, вместе со своими четырьмя детьми они были идеальной семьей. Когда Борис умер от тифа в 1919 году, лучшая часть ее жизни ушла безвозвратно.

Своей жизни в Нескучном Зинаида обязана живым интересом к крестьянской теме. Этот интерес она сохранит на десятилетия, и уже в парижский период он будет проявляться в многочисленных портретах бретонок, а также в марокканских сериях. Ностальгия по счастливым годам жизни в Нескучном сквозит в ее работах 20-х годов, посвященных жанровому мотиву русской бани.

Период известности художницы начинается в 1908-1909 году, когда она пишет живые, «дышащие» пейзажи (например, работу с не переводимым ни на один европейский язык названием «Зеленя осенью» (1908, ГТД)), а также одухотворенные портреты и автопортреты, самый знаменитый из которых — «Автопортрет за туалетом» (1909, ГТД). Он был экспонирован на 7-ой выставке Союза русских художников в Петербурге, вместе с еще двенадцатью ее работами. Тогда же три картины Серебряковой («Зеленя», «Автопортрет за туалетом» и «Молодуха») были куплены попечителем Третьяковки И.Остроуховым для собрания галереи.

Вершина творчества Серебряковой — 1915-1916 годы — также приходится на период жизни в Нескучном. В этот период ее работы, написанные в стиле неоклассицизма и посвященные крестьянской теме, достигнут эпического масштаба. Такова, например, «Жатва» (ГТД), а также наиболее яркое произведение этого периода, знаменитое «Беление холста» (ГТД). Низкий горизонт работы (глаза зрителя находятся на уровне босых ступней крестьянских девушек) задает необычный ракурс фигур: снизу вверх. Впечатление эпичности во многом достигается благодаря этому художественному приему. В послереволюционном творчестве Серебряковой уже не будет работ такого масштаба.

В 1915 году она начинает работать над эскизами к росписям Казанского вокзала. За оформление вокзала отвечал Александр Бенуа, который привлек племянницу, зная ее интерес к ярким краскам и восточной тематике. Предполагалось создать четыре больших панно с аллегориями Сиама, Турции, Индии и Японии. К сожалению, проекты так и не были реализованы, хотя сохранились эскизы художницы. По иронии судьбы, значительно позже — уже в 30-е годы — пространство вокзала оформил оставшийся в России брат Зинаиды, Евгений Лансере.

ПАРИЖ

Революция и последующие несколько лет обернулись для семьи Серебряковых большими трагедиями. В 1919 году умер Борис, и Зинаида осталась одна с четырьмя маленькими детьми и больной матерью. В том же году большевики сожгли усадьбу Серебряковых в Нескучном. Семья в это время была в Харькове, откуда в 1920 году переехала в дом деда Зинаиды, Николая Бенуа, в Петрограде. Здесь Зинаида общалась с другими членами большого семейства.

Наибольшее влияние на нее оказал ее дядя, знаменитый Александр Бенуа, центральная фигура русской художественной культуры Серебряного века. Его усилиям мы обязаны атрибуцией знаменитой «Мадонны Бенуа» Леонардо да Винчи, которая была собственностью семьи брата Александра, Леонтия. Семейство Бенуа-Лансере с дружным презрением относилось к жене Леонтия, происходившей из богатейшей купеческой семьи, однако именно благодаря «мезальянсу» оно стало обладателем самого знаменитого шедевра в своей коллекции (который после успешной атрибуции был продан Эрмитажу). Впрочем, это отдельная история. Александр Бенуа повлиял на решение племянницы переехать в 1924 году в Париж. Позднее, в 1926 году, он и сам не вернется из парижской командировки. Когда Зинаида переехала, ей было 39 лет.

В Париже творчество художника навсегда изменит свое направление. Во-первых, ее целью было зарабатывать деньги, чтобы содержать оставшихся в России детей, поэтому она писала множество заказных работ, в первую очередь, портретов. Портреты того периода можно было в изобилии видеть на недавней выставке. Во-вторых, поскольку ей удалось перевезти в Париж только двоих из четырех своих детей, драма расставания с близкими поставила во главу угла тему семьи. Зинаида бесконечно писала портреты Кати и Саши. В-третьих, ее окружал теперь новый мир – и он нашел отражение в ее работах.

С точки зрения творчества Париж был ей интересен, причем не столько его архитектурные памятники, сколько сама городская жизнь. Она писала жанровые сцены, например, в парикмахерских и метро. Художница очень любила также парижские сады. Она была блистательным мастером света и в тончайших нюансах передавала освещение и игру света и тени на траве и в кронах деревьев. Кроме того, Зинаида много путешествовала по Франции и Европе. В парижский период она создала более тридцати серий различных поездок (Италия, Германия, Великобритания, Португалия, разные уголки Франции).

В 1920-е годы Серебрякова увлекается пастелью. Именно эта техника дает ей возможность раскрыть все грани своего таланта в рамках основных тем парижского периода. Она не отказывается ни от масла, ни от темперы, но только в пастельных работах ее грандиозный талант проявляется в полной мере. Пожалуй, это закономерно. Работы эпического уровня 1915-1916 года, с их монументальной экспрессией и масштабом, требовали соответствующих живописных техник. Но во Франции, где ее интерес смещается в сторону грациозных портретов, передающих сиюминутные нюансы настроения, и импрессионистических пейзажей, суть которых — в попытке поймать неуловимую игру цвета и света, пастель, с ее возможностями быстрой работы, оказывается незаменимым инструментом.

Эксперты по Серебряковой утверждают, что ее картины с обнаженной натурой, выполненные в технике пастели, подделать невозможно. Студийные портреты современные мастера фальсификации способны подделать на высочайшем уровне, а обнаженную натуру (которая, собственно, и пользуется большим спросом на рынке антикварной живописи) не могут. Серебрякова писала свои пастели на едином дыхании, а в процессе кропотливого труда художника-копииста качественные подделки такого уровня не получаются.

МАРОККО

Отдельного внимания, безусловно, заслуживают две марокканские серии художницы, 1928-29-х и 1932-го годов. Зинаида еще до революции интересовалась Востоком, о чем свидетельствует, например, автопортрет 1911 года. Именно этот интерес привлек внимание Александра Бенуа, предложившего ей разработать панно для Казанского вокзала.

В мае-июне 1928 года в Брюсселе состоялась пышная художественная выставка традиционного и современного русского искусства, посвященная открытию Дворца искусств. К выставке был издан каталог, в который вошло тринадцать работ Серебряковой. На открытии присутствовал король Бельгии Альберт I, которому ее работы очень понравились. Разумеется, окружение короля было чувствительно ко вкусам монарха. Спустя несколько месяцев приближенный к бельгийской Короне барон Броуэн предложил Серебряковой оплатить творческую поездку в Марокко при условии, что он получает право отобрать себе понравившиеся работы. Оставшийся в России брат Зинаиды, Евгений, который в то время работал над серией работ на Кавказе, с энтузиазмом поддержал идею поездки.

В декабре 1928 года Зинаида отправилась поездом из Парижа через всю Испанию, откуда паромом добралась до Танжера. Первая работа марокканского цикла — «Танжерская бухта». В первой поездке художница использовала преимущественно пастель, хотя часть работ была выполнена темперой. Единственным городом, в котором она остановилась надолго, стал Марракеш. Серебрякова пишет прихотливые переулки старого города и его многочисленные плоские крыши. На многих работах величественным фоном выступают Атласские горы. Крыши полюбились ей потому, что они были чуть ли не единственным местом, где она могла уединиться и сосредоточиться на работе, наслаждаясь при этом роскошным естественным светом.

Марокканские работы очень интересны с точки зрения композиции: художница оставляет много пустого пространства, потому что пишет быстро, ярко, под первым впечатлением. Она сосредоточивается на важнейших элементах композиции. Кроме того, во многих работах присутствует «фотографичность», эффект случайного кадра (характерный, в частности, для пастелей Дега). Так, например, на одной из работ художницы голова верблюда оказалась за рамками картинной плоскости. Серебрякова умело сочетает подробную проработку лиц с еле намеченными фонами и другими деталями. Ей явно нравится антропологическое разнообразие Марокко, которое она отражает в своих работах.

Когда Зинаида вернулась в Европу, барон Броуэр проявил большой энтузиазм в отношении марокканской серии и забрал себе множество работ. Особенный интерес он выразил к обнаженной натуре. Возможно, поэтому в художница в 1931 году решилась на вторую поездку Марокко, на тех же условиях. На этот раз она выбрала другой маршрут и другое время года – раннюю весну. На корабле она добралась из Марселя до Касабланки, а оттуда направилась во вторую древнюю имперскую столицу, Фес. Этот город понравился ей даже больше, чем Марракеш.

Во второй серии еще большее количество работ посвящено жизни и быту простых людей. Художница написала целую серию чаепитий. На некоторых работах видно, как точно передан зеленоватый оттенок марокканского мятного чая. Также во второй марокканской серии для Серебряковой была очень важна тема материнства. Отдельно художница писала портреты детей, причем не только пастелью, но и маслом. Вторая серия насчитывала больше 200 работ.

***

Художественное наследие Зинаиды Серебряковой значительно. Многие ее работы оказались в музеях и частных коллекциях в самых разных странах. Серебрякова парижского периода уже другая, что неудивительно: феномен Серебряного века мог существовать лишь на российской почве. Художники Серебряного века, покидавшие страну, несмотря на все свое мастерство, не могли сохранить его дух в своем творчестве. Впрочем, и в России Серебряный век закончился вместе со старым укладом. По счастью, лучшие Зинаиды Серебряковой произведения, написанные до революции, по-прежнему в России.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
При републикации материалов сайта «Тезис. Гуманитарные дискуссии» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Похожие записи

« »