Парадоксы самооценки

Парадоксы самооценки

Апр 5 • Популярные темы, Темы неделиКомментариев нет

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5,00 out of 5)

Что такое самооценка? Почему у одних людей она здоровая, а у других — нет? Как сформировать адекватную самооценку? Об этом мы поговорили с Наталией Владимировной Ининой, практикующим психологом, сотрудником факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова, преподавателем факультета психологии РПУ св. Иоанна Богослова.

Наталья ИнинаНаталия Владимировна, что такое самооценка, и в чем причины того, что у одних людей самооценка завышена, а у других занижена?

Само слово отражает его значение: самооценка — это способность человека оценивать самого себя. Это крайне важное свойство психики человека. Мы постоянно находимся в процессе соотнесения своих возможностей с теми задачами, которые мы ставим перед собой. Речь идет не только о чем-то значимом, сложном, требующем внимания. Такие элементарные действия, как перепрыгнуть лужу или отрезать кусок хлеба, также требуют от нас способности оценить свое физическое состояние, глазомер и прочее. Иными словами, самооценка сопровождает нас всегда – это способ построения нашего контроля, измерения, эталона поведения.

Основные проблемы самооценки состоят в соотнесении себя, того образа Я, который мы строим в своей голове, и той реальности, которая нас окружает. Самооценку можно назвать камертоном взаимодействия «Я» и реального мира. Самооценка бывает адекватной — то есть мое «Я» не стоит в центре мира, мир не обязан обслуживать мои потребности. Я являюсь частью этого мира и учусь говорить с ним на одном языке. Я — живой соучастник реального бытия, а это значит, что со мной происходят такие же вещи, которые могут происходить и с другими людьми. Я могу ошибаться, как и другие люди, я могу чего-то не знать, и это не делает меня глупым, могу чего-то не мочь, но это не значит, что я не могу научиться. Такое адекватное отношение к себе, такой здоровый взгляд на себя я проецирую и на других людей. Их жизнь, их поступки, их поведение совершаются рядом со мной, а не ради меня. Они, так же как и я, имеют право на всю полноту жизни с ее удачами и падениями, достижениями и промахами.

Неадекватная самооценка всегда будет сопровождать внутреннее неблагополучие человека, его внутриличностный конфликт. В свою очередь, такая самооценка будет поводом и источником внешних проблем, таких как трудности общения, проблемы самореализации и так далее. Неадекватная самооценка бывает «завышенной» или «заниженной». Человек с завышенной самооценкой строит свой идеальный образ, не соотносясь с реальным опытом, реальными обстоятельствами, реальными реакциями людей. Такой человек всегда идеализирует себя, он воспринимает себя как подарок человечеству, он ощущает себя лучше, умнее, талантливее других. Такая оценка себя позволяет ему вести себя самоуверенно, безапелляционно, часто просто нагло и бесцеремонно. Это, в свою очередь, отталкивает других людей, мешает построению открытых, доброжелательных отношений. В результате человек с высокой самооценкой часто становится подозрительным, мнительным, агрессивным, обидчивым и уже сам начинает отталкивать любые ситуации и других людей, которые не совпадают с его представлением о себе.

Человек с низкой самооценкой — это робкий, неуверенный, закомплексованный человек, который не ставит перед собой ярких целей, довольствуясь обыденными задачами. Он склонен к самообвинению, к повышенной тревожности. Такой человек, как правило, крайне застенчив, чрезмерно скромен, боится принимать решения, предпочитает быть в тени. Печально, если человек с низкой самооценкой наделен талантами — неуверенность и комплексы могут оказаться непреодолимым препятствием на пути реализации его талантов. В результате все богатство его натуры может остаться так и не осуществленным.

thezis_pic03042015_3

Самооценка человека формируется в детстве, по сути дела, рождается из отношения родителей к ребенку. Очень важно то, как родители относятся к малышу: хвалят или не хвалят, поддерживают или не очень, восхищаются какими-то его поступками или дают более спокойные комментарии к его действиям. Отношение родителей закладывает кирпичики в базовую самооценку ребенка. Позже спектр расширяется, к формированию самооценки подключаются другие значимые взрослые, детский сад, школа, и уже в относительно взрослом состоянии, примерно ко времени окончания школы, начинается процесс само-оценки, то есть самостоятельного оценивания себя.

Стоит обратить внимание на очень интересный парадокс. Мы привычно употребляем именно понятия «заниженная самооценка» и «завышенная самооценка». Люди приходят к психологу и говорят: «У меня заниженная самооценка, я не уверен в себе, я не могу говорить на людях, теряюсь, стесняюсь. Что с этим делать?». Но если присмотреться внимательнее, то выясняется, что у этих людей в действительности скрыто присутствует завышенная самооценка: им кажется, что если уж они выступают на людях, то они должны говорить очень умные вещи; если что-то делают, то должны сделать это очень хорошо. Люди с заниженной самооценкой часто бывают перфекционистами.

И, наоборот, люди с завышенной самооценкой на подсознательном уровне крайне уязвимы, неуверенны в себе. Можно сказать, что их внешняя презентация не соответствует их внутреннему, глубинному ощущению себя. При более внимательном общении с таким самоуверенным человеком, вдруг оказывается, что он чувствителен, раним, сентиментален, в глубине души чувствует себя иногда потерянным, никому не нужным и одиноким.

Получается интересная вещь: у человека с неадекватной самооценкой одновременно присутствует обе эти крайности. Правда, если на сознательном уровне предъявлена завышенная самооценка, то заниженная будет скрыта не только от посторонних глаз, но и от самого человека. И, наоборот, если человек не уверен в себе, если ему присуща заниженная самооценка, то в глубинах бессознательного он будет считать себя лучше других, только осознать и выразить этого он не сможет. К примеру, людям с тревожно-мнительным характером, неуверенным в себе, свойственна заниженная самооценка, хотя на самом деле они очень часто требовательны к себе и считают, что должны делать все на пять баллов. Противоположная крайность — самоуверенные, самодовольные, наглые люди, которым кажется, что они все делают прекрасно, лучше других. Но если опять же немного копнуть, мы можем увидеть довольно большую зону неуверенности, которую такие люди просто вытесняют. Таким образом, и те, и другие вытесняют противоположную крайность самооценки: неуверенные вытесняют высокую самооценку, а самоуверенные — низкую.

Этот парадоксальный механизм присущ нашей психике. Не уходя в подробности, скажем лишь, что наличие неадекватной самооценки всегда связано с ситуацией невротического расщепления личности. Речь не идет о клинических диагнозах, а всего лишь о типичном состоянии современного человека, который плохо коммуницирует с самим собой. Если вспомнить Эрика Фромма и его блестящую книгу «Быть или иметь?», то современный человек все больше скатывается в «иметь» и все меньше способен «быть». Иными словами, человек все больше превращается в набор наилучших самопрезентаций, все более теряя связь со своим подлинным «Я». И чем больше будет этот разрыв, этот личностный зазор между реальностью человека и его самопрезентацией, тем более неадекватной будет его самооценка.

Такому невротическому состоянию посвящено много замечательных книг. Я уже привела пример Фромма, но можно вспомнить и классическую для психологии книгу «Невротическая личность нашего времени» Карен Хорни. Автор описывает такое невротическое состояние и его причины и связывает эти проблемы с неадекватной самооценкой. Это довольно мучительное состояние, потому что человек зациклен на себе. Если он что-то делает, ему очень важно, как он при этом выглядит, как его оценивают другие, какое место он занимает среди остальных — первый он, второй или пятнадцатый. Или вообще последний. То есть он для себя важнее всего остального, и мир, как, впрочем, и другие люди, начинает быть для него фоном. Именно такое состояние называется невротическим.

Невроз формируется в детстве или бывает также и во взрослом возрасте?

Взрослые тоже подвержены влиянию невротических механизмов, но все же основные причины закладываются в детстве. Представим себе щупленького мальчика с плохим зрением, очкарика, которого дразнят и задирают в школе. Если этот умненький мальчик воспитывается в здоровой семье, то он выберет здоровую стратегию поведения. Сначала он попытается себя отстоять каким-то образом. Это может быть попытка договориться, а может быть и вполне понятная для такого возраста попытка дать сдачи. Если это не удастся, то он начнет искать какие-то иные опоры для себя в коллективе сверстников, но в любом случае это будет открытое, честное по отношению к другим и к себе поведение.

Но представим себе, что дома его ждут обеспокоенные родители, которые каждый день возмущаются поведением его одноклассников, взвинчивают и без того расстроенного ребенка, начинают звонить родителям обидчиков или учителю и жалуются или возмущаются — то есть, ведут себя не конструктивно, а эмоционально и обиженно. В этом случае ребенок начнет приспосабливаться к ситуации другим способом. Напомню, мы говорим об умненьком мальчике, который соображает лучше других в классе. Он может замкнуться в себе и назначить окружающих глупцами, не давать им списывать, вести себя высокомерно, мол, «вы все дураки, и мне наплевать, как вы ко мне относитесь». Это будет началом завышенной самооценки в будущем. А может быть, он уйдет в себя, начнет бояться, заискивать, искать сильного друга, который сможет его защитить — тогда мы имеем модель, которая разовьется в заниженную самооценку.

Таким образом формируется невротическая защита, когда человек придумывает себе в детстве простые, а во взрослом возрасте более сложные защиты от внутренней ранимости, уязвимости, неуверенности или каких-то травм. Формируется своеобразный кокон, броня. И, конечно, неадекватная самооценка — мощная часть этой брони, ее инструмент.

Человек не осознает все эти процессы, происходящие с ним?

Да, эти механизмы работают на бессознательном уровне. Понимаете, когда мы говорим «защита», мы подразумеваем, что человек защищается от того, что ранит его, заставляет чувствовать себя плохо. Строго говоря, так и происходит: нам в детстве бывает плохо, страшно, мы переживаем одиночество, боль. Это не всегда связано с прямой угрозой, прямым негативным отношением к ребенку. Он чаще всего просто присутствует при разных сложных обстоятельствах жизни родителей: это может быть развод, ссоры, потеря близкого человека, болезнь. Но особенности психики ребенка состоят в том, что он все переживает только через самого себя, поскольку детское сознание эгоцентрично. Дети часто говорят: «Это из-за меня папа ушел», «Это из-за меня мама заболела». Когда в нашем детстве что-то происходит, мы цепляемся за эту идею: «это случилось из-за меня». Дальше мы начинаем от этого как-то защищаться, оправдываться, объяснять себе все это, и возникает пласт защитных механизмов, формируется невротический способ взаимодействия с миром и с собой.

Если говорить о христианском понимании этой темы, то я бы обратила внимание на такое болезненное переживание или страсть, как гордость. Гордость как раз связана с неадекватной самооценкой. Это всегда попадание мимо цели (по-гречески грех и означает промах, попадание мимо цели): либо «перелет», то есть я невероятно замечательный, необыкновенный и прекрасный, либо «недолет», то есть я ужасный и несчастный, но зато мое несчастье ужаснее всех несчастий, и хуже быть не может. Это все попытка быть этаким.

Недавно услышала одну интересную фразу: «И у шовиниста, и у человека, который осуждает свое Отечество, один и тот же диагноз. Один говорит, что моя страна лучше всех, другой — что хуже всех. Но главное тут — что она «самая». То есть личные психологические особенности проецируются даже на отношение к стране…

Это очень красивая аналогия, на которую мы тоже можем опереться. Смотрите, что происходит, когда мы говорим о стране таким образом: мы ее выделяем из всех остальных. То есть наша страна не такая же, как все другие: в чем-то хорошая, в чем-то плохая, в чем-то достойная, в чем-то не очень, а она особенная. И мы это делаем для того, чтобы обособиться от других стран и подчеркнуть свою отдельность, необыкновенность.

То же самое человек делает с самим собой. Если у него неадекватная самооценка, он как бы обосабливается от других людей. Ему важно быть не таким, как все, выделить себя из этого общего поля: либо я самый лучший, либо я самый несчастный — но зато такого несчастного, как я, вы не видели никогда. И попробуйте ему оказать помощь — он ее не примет! Ему важно оставаться в своем замке из слоновой кости.

К чему это приводит? К тому, что человек становится одиноким. Ведь ему очень трудно взаимодействовать с другими людьми, потому что между ним и другими находится этот защитный пласт неверной самооценки и гордости.

Почему человеку важно быть именно исключительным? Как это помогает облегчить жизнь, создать защиту в ситуации травмы?

Очень хороший вопрос. Зачем это вообще нужно? Дело в том, что гордость или неадекватная самооценка формируется как раз в детский период и являет собой, как мы уже сказали, защиту. Тот мальчик-очкарик защищается своим необыкновенным интеллектом. Но от чего он защищается? От того, что он не может дать сдачи, что слабоват, что немножко трусоват. Защищается умом, вместо того чтобы честно сказать себе: «Я трусоват. Мне надо походить на тренировки в какой-нибудь боксерский клуб и наконец дать сдачи этому дураку Васе, который на меня нападает». И таким образом восстановить свой статус-кво. Или сказать себе: «Не могу я дать ему сдачи, и я вообще не хочу тратить на это свое время и силы. Ну Бог с ним, с этим Васей, буду стараться не обращать на это внимания». Но по-настоящему, честно сказать. И тогда он будет реальным, будет предъявлять себя миру таким, каков он есть. А когда он натягивает на себя какие-то защитные одежды, то он презентирует себя, а не является самим собой.

thezis_pic03042015_4

Ведь люди, которые считают себя несчастными, нереализованными, не могут сказать себе: «Вообще-то я ленива, инертна, неохота мне делать все то, что необходимо делать, чтобы как-то состояться. Хочу, но не могу. Ну и ладно, в конце концов, буду домохозяйкой». Нет, обычно говорят совсем другое: «У меня не сложились обстоятельства», «Я слишком рано родила ребенка», «У меня муж слишком требовательный». То есть кто-то другой всегда виноват, но не она.

Это очень удобно, потому что ты не предъявляешь то, что есть на самом деле. Ты как бы пытаешься выглядеть лучше, чем ты есть. И в этом плане неадекватная самооценка и гордость в ее разнообразных проявлениях являются броней от реальности. Человек при этом постоянно живет в режиме самопрезентации, все время играет в какую-то игру, изображает что-то, но не может быть самим собой.

Реальность для него настолько ужасна, что он не может ее выносить?

Да, именно так. Либо реальность ужасна, потому что она агрессивна, либо она ужасна, потому что она равнодушна, жестока ко мне. Картины этой ужасной реальности могут быть какими угодно. Главное от этой реальности как следует отгородиться, отойти, максимально с ней не соприкасаться. Я хочу играть в такую игру, которую сам себе придумал. И, конечно, такая ложная стратегия обрекает человека на одиночество, потому что ему очень трудно сказать себе: я такой же, как другие. Я обычный. Для невротика это просто немыслимая фраза.

У одной женщины, с которой мне довелось работать, была как раз сильно завышенная самооценка, много гордости, из-за этого страдали ее отношения с молодым человеком, поскольку она хотела все время быть для него на первом месте, все остальное не могло быть важнее нее. В определенный момент разговора я предложила ей мысленно использовать девиз: «Я вторая!». Хотя бы вторая… Ведь у ее друга были родители, любимая работа, друзья, он не мог быть сосредоточен только на своей девушке. «Я не могу так думать», — воспротивилась она, — «Это невозможно!». Даже с ролью «второй» она не могла примириться, она хотела быть только «первой»!

Другой вариант — быть «последней». Есть страдальцы, которые все время жалуются, мучаются, их жизнь полна самоуничижения. К такому стилю чаще прибегают женщины, и это самые настоящие манипуляторши. Они постоянно манипулируют болезнью, плохим самочувствием, плохим состоянием. Вокруг них все должны бегать, суетиться, чувствовать вину: «Ну как же, ей надо помочь, она ведь так страдает и мучается!».

Это та же самая картина, просто завуалированная до неузнаваемости. А механизм точно такой же: ну как я скажу всем, что я ленюсь, чего-то не могу, чего-то не хочу? Признать это невозможно. Поэтому я начинаю изображать, играть. Обычно это истероидные типы характера, артистические, демонстративные натуры, им нужно привлекать к себе внимание, изображать какую-то особенную роль. Эти женщины все время болеют неизвестными заболеваниями, которые на завтра вылечиваются, а потом опять возникают. Им ведь надо чем-то манипулировать, и, как правило, это либо физические недуги, либо эмоциональные.

И все это тоже про самооценку, потому что это невозможность оценить себя по-настоящему, увидеть то, что есть, заметить бревно в собственном глазу.

Внутри человека боится ребенок, или это смесь страхов взрослого и реакции ребенка?

Это всегда смесь, взаимодействие разных уровней. Ребенок может не только бояться, он может еще, например, обижаться. Чем больше мы игнорируем свое детство, тем больше детство нас захватывает на подсознательном уровне. И мы можем вырастить себе такого монстра-ребенка, который будет диктатором, требовательным, капризным, постоянно обиженным и обижающим. Но сам человек не будет осознавать, откуда рождается импульс такого деструктивного поведения. Он просто будет нанизывать на это поведение различные детали взрослой жизни, уже взрослые обиды, претензии, реакции.

Для того чтобы помочь разобраться с этим клубком проблем, надо, конечно, одновременно работать и с детским, и со взрослым уровнями, особенно с ценностно-смысловой сферой. Кто у меня на первом месте: я или кто-то, кроме меня, все же существует на этом свете? Гордец или человек с неадекватной самооценкой всегда у себя на первом месте. Он в центре всего.

Если отталкиваться от христианской идеи о том, что гордость — это корень всех грехов и вообще бич человечества со времен грехопадения, получается, что описываемая Вами картина характерна для всех людей. Или все-таки нет?

В большой степени. Ведь человека формирует не только детский опыт, но и школа, и социум в широком смысле, социокультурный контекст. А среда обитания, массовая культура вносит огромный вклад в отчуждение человека от самого себя. Акцент делается именно на самопрезентацию, а вовсе не на бытие человека. Журнал «Эгоист», книжки для женщин «Я у себя одна» и так далее и тому подобное. Социум предлагает бесконечное кручение вокруг собственной персоны.

Конечно, нужно заботиться о себе. Но должен же быть какой-то здравый баланс между любовью к себе и любовью к другому. Об этом сказано еще в Евангелии: «Возлюби ближнего, как самого себя».

Может быть, если у человека внутри гражданская война, то у него попросту нет ресурсов, чтобы перестать зацикливаться на себе и посмотреть по сторонам?

Да, бывают моменты, когда человек в очень плачевном положении, когда на него наваливается очень много проблем. Иногда ко мне приходят люди с очень тяжелой депрессией, причем не с эндогенной, внутренней, а экзогенной, связанной с какими-то жизненными обстоятельствами. То одно падает на них, то другое, то третье. Муж ушел, дом сгорел, дочь уехала — понятно, что в такой ситуации предлагать женщине реалистично посмотреть на себя слишком рано. Сначала нужно помочь ей просто «встать» с колен, посмотреть в будущее с надеждой, а уж потом только говорить о более глубокой и серьезной работе с собой, в которой обязательно будет присутствовать построение более адекватного критического взгляда на себя.

Что же можно сделать, чтобы вернуть себе адекватное представление о себе, адекватную самооценку?

Есть очень красивая фраза из книги митрополита Антония Сурожского «Человек»: «Ставьте себя под вопрос». Что это значит? Владыка говорит о том, чтобы мы пытались критически рассматривать себя, с любовью, но критически. Честно задавать себе вопрос: в чем я не прав? Допустим, складывается какая-то непростая ситуация. Что делает среднестатистический человек? Он обвиняет окружающих. Близких, дальних, среду, погоду — но не себя.

Да, близкие, дальние и погода влияют на меня, но ведь я живой человек и тоже мог где-то промахнуться. И тут мы подходим к очень важной и опорной теме — праве на ошибку.

Почему в детстве мы начинаем так бояться быть собой? Очень часто это связано с отсутствием права на ошибку. Потому что ребенку не дают этого права, его сразу бичуют за любой промах. А право на ошибку — это бесценное право, потому что если я живу, я неизбежно ошибаюсь. И если я правильно отношусь к своим ошибкам, если я даю себе право быть несовершенным, то падая, я совершенно спокойно поднимаюсь. Я думаю о том, где я промахнулся, в чем я переоценил или недооценил свои возможности, какие внешние и внутренние факторы на меня повлияли. И этот внутренний мониторинг и анализ я провожу, с одной стороны, с принятием себя, а с другой — с готовностью признать, что я сделал не так.

thezis_pic03042015_5

Если говорить о коррекции самооценки, то очень важен опыт принятия.

Другими людьми или самим собой?

Если мы говорим о какой-то психологической патологии, то в подавляющем большинстве случаев мы имеем дело с детством. И это значит, что в детстве был опыт непринятия. А если он был в детстве, то я должен сначала научиться принимать себя сам.

Мне, конечно, нужна поддержка — это может быть священник или психолог, может быть близкий человек, который меня поддерживает и в меня верит. Но этого недостаточно, потому что если я не принимаю себя сам, не учусь это делать, то у меня будет срабатывать механизм так называемой ненасыщаемой потребности. То есть меня все будут поддерживать, а мне все время будет мало. И это тупик. Это как черная дыра, в которую все проваливается, а наполнения не происходит. У близких людей порой кончается терпение: ну сколько уже можно давать ему поддержку, чтобы он, наконец, успокоился?!

Дело в том, что если человек сам себя не поддерживает, то поддержка других людей будет падать в бездонную пропасть. А если человек начинает поддерживать себя сам, то он как бы замыкает свой детский травматический опыт, и тогда его поддержка самим себя и поддержка его другими людьми будут давать эффект синергии. Начнется процесс выхода из этого психологического состояния.

Верно ли, что поддержка себя предполагает не только похвалу, но какую-то реалистичную оценку своих поступков, своих достоинств и недостатков?

Да, совершенно верно. Когда ко мне обращаются люди, оказавшиеся в конфликтной ситуации, то я частенько даю одно задание. Предлагаю: давайте рассмотрим вашу ситуацию с разных сторон. Напишите, пожалуйста, все, что вы сделали положительного, чтобы разрешить ваш конфликт с другим человеком, но и что вы не сделали и, более того, что вы сделали плохого, ошибочного, усиливающего этот конфликт. И тот же подход примените к оценке поведения другого человека, с которым вы не можете договориться. Это очень простой и наглядный способ перестать обвинять другого и оценить самого себя в данной ситуации.

В результате человек приносит два листочка, в одном из которых он оценивает себя, и там сплошные плюсы и почти нет минусов, а в другом — оценивает того, с кем у него конфликт, и там одни минусы («и то он не сделал, и тут провинился, и там не прав») и всего пара плюсов. И тогда человек сам видит, что тут что-то не так, какой-то диссонанс. Моя задача помочь ему увидеть этот диссонанс, но при этом не осуждая его, не оценивая. Я просто спрашиваю: «А вы не задумывались, почему у вас 15 пунктов «за» себя и 2 «против», а про другого человека вы написали 15 пунктов «против» и всего 2 «за»? Любопытная у вас арифметика. Может все-таки что-то неладно в этом Датском королевстве?». Очень важно помочь человеку увидеть эту реальность спокойно, критично или даже с юмором.

Иногда я предлагаю людям с подобными проблемами попробовать каждый вечер поблагодарить себя за что-то хорошее, что удалось сделать в течение дня. Это оказывается довольно сложным заданием. Дело в том, что благодарность — это не про самооценку, это скорее форма выражения любви, поддержки, принятия. Порой человек с неадекватной самооценкой может быть самоуверенным, гордиться собой, но вот поблагодарить себя за что-то ему трудно. Это другая реальность. Человек постепенно начинает понимать разницу между этой благодарностью, поддержкой, любовью и защитой, которая сидит в нем намертво и мешает встретиться с самим собой.

Процесс реалистичной оценки себя, как Вы его описываете, напоминает в каком-то смысле путь покаяния в христианстве. Есть ли тут точки пересечения?

Замечательный вопрос. Когда начинается настоящая и глубокая психологическая работа, то начинается и движение к настоящему покаянию, потому что человек погружается в глубины своего внутреннего мира. Если он этого не делает, то его покаяние зачастую совершенно формально. Он берет какой-нибудь сборник грехов и начинает перебирать и подчеркивать, что он сделал, а чего не сделал, и идет с этим листочком на исповедь. Но это несерьезно, это не настоящее покаяние, потому что настоящее покаяние — это попытка заглянуть в себя, и то неприглядное, что ты там увидел, вынести на исповедь, на свет.

Такая аналитическая, рефлексивная работа, такое честное вглядывание в себя постепенно помогает сделать покаяние более глубоким и подлинным.

Насколько я понимаю, если человек занимается этой внутренней работой, он становится, с одной стороны, более независимым от мнения окружающих, а с другой стороны, больше любит других людей, относится к ним с большим теплом и пониманием. Так ли это?

Совершенно справедливо, потому что человек выходит из невротической замкнутости, начинает высвобождать какие-то здоровые части своего внутреннего пространства. У него возникает более адекватная самооценка, более глубокие отношения с самим собой. И тогда он может строить отношения с другими людьми на совершенно других основаниях — на основаниях принятия, любви, на понимании того, что я могу ошибаться, и другой может ошибаться. Но ведь я стараюсь, и другой тоже старается. И тогда, конечно, мы значительно ближе к другим, потому что мы начинаем быть такими же, как они. Тогда расстояние между нами сокращается, уходит ненужный невротический страх, уходит фантомная тревога. Человек более сердечно, более душевно открывается навстречу другим людям. В каком-то плане, можно сказать, открывается и Богу тоже, потому что он меняется глубинно. Его отношения с собой и с Богом качественно меняются.

Человек становится более настоящим?

Да. Он становится наконец-то самим собой.

Беседовала Анастасия Храмутичева

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
При републикации материалов сайта «Тезис. Гуманитарные дискуссии» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Похожие записи

« »