Как живут пенсионеры в разных странах

Как живут пенсионеры в разных странах

Апр 10 • Общество, РубрикиКомментариев нет

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (3 votes, average: 5,00 out of 5)
Вера Зубова

Вера Зубова

Окончила философский факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, политолог

Будучи уже на восьмом десятке, писатель Герман Гессе написал коротенькое эссе о старости. Послание о смысле старения, об опыте созерцательного образа жизни: «без готовности отдаться тому, чего требует от нас природа, мы теряем — стары мы или молоды — ценность и смысл своих дней и обманываем жизнь». Предназначение, долг — не самые популярные слова в мире, где кумир — самореализация, независимость, пробивная сила молодости. Каково в этом мире место зрелого человека? Как его понять, если ты сам ещё не достиг «возраста мудрости»? И главное (для авторов и читателей): к какой зрелости готовиться тем, кто сегодня молод?

ГРАНИЦЫ ПЕНСИОННОГО ВОЗРАСТА

У возраста несколько измерений. Первое и самое очевидное — социально-практическое, выраженное в термине «пенсионный». Границы «пенсионного» возраста могут разниться в зависимости от страны, рода профессиональной деятельности, пола, в конце концов. В России общая планка пенсионного возраста ниже, чем, скажем, в англосаксонских странах, — но в России ниже и общая продолжительность жизни. Пенсия в данном контексте — целый культурный пласт, причем довольно молодой, ему около ста лет. До начала XX века пенсий как масштабного экономического инструмента не существовало. Сейчас, в начале XXI века, многие эксперты говорят о том, что этот инструмент неэффективен, и что систему надо менять.

В языке слово «пенсионный» — это не только официальный термин, но и некий водораздел. Между профессионалом и тем, у кого «куча свободного времени». Между «средним» и «старшим» возрастом. Пенсионеры — «тыбики», говорит мой папа: «у тебя много времени, ты бы сходил, ты бы сделал, ты бы помог». Я пишу, и не могу выбрать правильный термин: пенсионер — суховато, старик (со старухой) — порой обидно, «зрелый», «возрастной» — за прилагательными не всегда можно спрятаться.

Если говорить о проблемах пенсионеров в сегодняшнем мире, то понятия все же придется прояснить. Есть «пенсионеры» по бумагам: 60-летние мужчины, 55-летние женщины, часто полные сил, не желающие бросать работу и тем паче признавать себя старыми — какая старость в середине жизни? Есть пенсионеры — старики, дошедшие до рубежей 80, 85, 90 лет. И две вытекающих проблемы: чем должны заниматься экономически активные зрелые люди, которые формально уже не должны работать, и как сделать так, чтобы старики не были заброшены.

«МОЛОДЫЕ» ПЕНСИОНЕРЫ

Эти проблемы, как и собственно понятие «пенсии» — детища индустриализации. В традиционном обществе, во-первых, не было «заслуженного отдыха» — подавляющее большинство людей работали, пока были силы работать, а не до определенного возрастного рубежа. Не было (глобально) проблемы роста числа пенсионеров относительно работающей молодежи. Наконец, не было традиции отделять стариков от семьи. Семейной идиллии, может, тоже не было (достаточно почитать «Мужиков» Антона Павловича Чехова), но картина ясна: о старшем поколении заботится семья, а не государство и общество в целом.

Сегодня родители, живущие в одном доме с детьми и внуками — скорее редкость, вынужденность. И финансовое, и социальное благосостояние пенсионеров является задачей государства, которое решает вопрос с помощью налогов на работающих, создания государственных и негосударственных пенсионных фондов, льгот и прочих инструментов.

Невостребованность людей раннего пенсионного возраста часто решается повышением пенсионного возраста (которое в нашей стране обсуждается не первый год). Во Франции, например, можно выйти на пенсию в 60-62 и получать минимальную пенсию, можно доработать до 65-67 (в зависимости от года рождения) и таким образом увеличить размер пенсионных выплат. Не во всех странах существуют различные пенсионные режимы для мужчин и женщин.

Конечно, есть пенсионеры, которые с нетерпением ждут заветной даты и полностью отдаются семье — например, воспитанию внуков. Но, хотим мы того или нет, европейский тип воспроизводства населения постепенно захватывает новые территории (Сергей Капица считал, что рост населения земли начинает замедляться, самый интенсивный момент уже пройден (см.: «История десяти миллиардов»). Люди рожают меньше, позже, их родители все реже становятся молодыми бабушками и дедушками.

Более того, опыт старших не всегда оказывается релевантен времени и применим в воспитании внуков. Бабушки с дедушками разводятся, их дети переезжают в другой город за образованием и работой — все эти рядовые для современного мира явления не способствуют интенсивному общению с внуками.

Всего два-три поколения назад идеалом семейного универсума был большой дом, передающийся в семье по наследству. Отъем имущества после Революции, отмена частной собственности на жилье, наконец, массовое жилое строительство — все это сместило приоритеты. Сейчас идеал — просто собственное жилье. Счастливы те, кому повезло жить недалеко от родителей, в одном районе или хотя бы в одном городе. Шансы сохранить семейное гнездо невелики, да и гнезд этих становится все меньше, ибо среда обитания человека меняется слишком быстро.

Наконец, как от молодой мамы общество требует сохранять какую-то профессиональную идентичность, так и пенсионеру, если он не хочется оказаться «тыбиком» (см. выше), нужно придумывать некоторую «свою жизнь». Что опять выводит нас на необходимость какой-то работы для активных людей пенсионного возраста.

«ПОЖИЛЫЕ» ПЕНСИОНЕРЫ

Проблема «старых» пенсионеров — другая, пожалуй, более сложная. В первую очередь потому, что старые часто более беспомощны, они как дети, только, в отличие от детей, уже не вырастут и не станут самостоятельными. Помимо денежной проблемы — во многих странах минимальной и даже средней пенсии недостаточно для поддержания достойного уровня жизни, даже при условии, что у человека есть собственное жилье, — существует социальная, а именно проблема самостоятельности старых людей.

При этом даже в западных странах, где система домов престарелых развивается уже почти сто лет, эти учреждения не всегда популярны. Согласно опросу, проведенному в Германии страховой компанией DKV в 2012 году, только 7% пенсионеров готовы жить в домах престарелых. 24% предпочли бы пользоваться помощью социальных работников на дому.

Однако как социальные службы, так и хорошие дома престарелых в «старой Европе» дороги и редко оказываются по карману гражданам. В результате появляются такие явления, как миграция стариков в менее дорогие регионы собственной страны (например, парижанам советуют переезжать в Бретань), более доступные соседние страны (немецкие пенсионеры мигрируют в Польшу и Словакию) и даже в другие полушария (развивается отрасль домов престарелых для европейцев в Таиланде). Желающим ознакомиться с этим явлением в игровой форме можно посоветовать британский фильм The Best Exotic Marigold Hotel.

В США «штатом пенсионеров» ещё в начале прошлого века стала Флорида, сегодня многие зажиточные американцы и канадцы (и даже некоторые русские) приобретают дома во Флориде, чтобы проводить там время на пенсии. На сегодняшний день дома престарелых во многих странах — надежное вложение средств, считают аналитики рынка недвижимости: за развитие таких объектов можно получить налоговые льготы, а заполняемость учреждения гарантирована.

СТАРОСТЬ В РАЗВИВАЮЩИХСЯ СТРАНАХ

Пенсионеры из стран «первого мира» не всегда могут позволить себе высокий уровень жизни на родине, но их денег, по крайней мере, хватает для путешествий в более бедные и доступные регионы. Куда сложнее пенсионерам из развивающихся стран — и их детям. В российском законодательстве закреплено понятие алиментов недееспособным пожилым родителям, однако, как и алименты на детей, это не всегда действенный инструмент.

Даже для тех родственников, которые хотят и теоретически могут помогать своим немолодым родителями или бабушкам-дедушкам, задача может оказаться непосильной. По неофициальным данным, в России месяц в самом недорогом доме престарелых обойдется примерно в 40 000 рублей. Без гарантий качества помощи. При этом общество по-прежнему осуждает семьи, сдающие своих стариков в такие учреждения (достаточно почитать обсуждения домов престарелых на интернет-форумах).

Однако уход за нездоровым человеком пожилого возраста требует как времени (это фактически работа на полный день, а иногда и ночь), так и физических сил (для стариков с ограниченными возможностями передвижения), не говоря уж о безграничном терпении. Те же самые проблемы — осуждение общества, нехватка времени и средств на содержание недееспособных стариков — актуальны и для Восточной Европы, в которой до недавнего времени не были развиты инструменты государственной поддержки престарелых.

В то же время альтернативных способов обеспечить достойную старость в Восточной Европе и особенно в России пока нет. В отличие от Северной Америки, у нас нет традиции на старости лет переезжать в более дешевое жилье, а разницу пускать на пенсию и иные расходы. В нашей стране жилье по-прежнему является чем-то, что передается по наследству, а негосударственное пенсионное страхование — инструмент новый и не всегда внушающий доверие.

Даже азиатские страны, где традиции почитания старших и родителей очень сильны, сейчас переживают кризис. Особняком стоит Япония: эта страна долгожителей и рекордсмен по числу граждан пенсионного возраста смогла неплохо подготовиться к старению населения. Провести старость в Японии — популярное решение в среде зажиточных китайцев. К сожалению, большая часть их соотечественников не может надеяться на сколько-нибудь хорошие условия жизни на пенсии. Особенно тяжело старикам из сельской местности: индустриализация привела к распаду семей, дети не всегда могут позволить себе часто навещать родных, а большого числа внуков из-за политики «одна семья — один ребенок» не предвидится.

ДЕТИ КАК ИНВЕСТИЦИЯ

Отдельная проблема, пока более актуальная для развитых, а не для развивающихся стран — замедление роста уровня жизни. Как в европейских странах, так и в колыбели «американской мечты» молодым все сложнее удерживать планку обеспеченности, которой их родители достигали достаточно уверенно. Семья, где работает только муж, постепенно становится анахронизмом — доходов одного человека на содержание семьи не хватит.

Ограниченные возможности рынка труда создают множество проблем нынешним 25-35-летним, хотя ещё поколение назад их ровесники к этому возрасту могли достичь благосостояния и карьерных высот. Снижение платежеспособности экономически активного населения, а также просто сокращение налоговой базы — работающих людей — уже начинает сказываться на пенсионных системах. В то же время «левые» политические реформы, ориентированные на «перераспределение благ», не всегда эффективны (как показывает, например, опыт Франции последних двух лет).

Как в Америках и Европе, так и в современной России в более выгодном положении оказываются люди, которые по каким-то причинам могут не полагаться на государство после окончания трудоспособного возраста. Вывод может показаться скучен: несмотря на миграционные процессы, самая успешная пенсионная стратегия — это рождение более одного ребенка, «инвестиции в детей». Как бы ни был непредсказуем современный мир, эти инвестиции окупаются довольно часто.

ОТЦЫ И ДЕТИ

Помимо чисто финансового аспекта — не исключено, что дети, особенно если их больше одного, смогут хоть выделять родителям хоть сколько-нибудь средств, — существует психологическая сторона отношений со старшим поколением. Здесь мы опять возвращаемся к проблеме востребованности. Благотворительные организации, которые работают с домами престарелых, не только закупают необходимые медикаменты, но и пытаются дать старикам общение, связь с внешним миром.

Как в условиях современного города не только обеспечить престарелому родителю еду и кров, но и дать ему ощущение «нужности»? А как быть с теми, для кого ты ничего не можешь сделать в материальном плане (например, у них хорошая пенсия), а говорить вам, кажется, не о чем? Как быть, если пожилая мама (бабушка) неизменно бьет по больному, беспокоясь о ваших неудачах в личной жизни (вариант — в карьере), а папа (дедушка) категорически не сходится в политических взглядах и тоже не упускает случая поспорить? Где взять силы, чтобы относиться к ним снисходительно, как к детям? И главное: правильно ли относиться, как к детям, или все-таки честность в отношениях — превыше всего? В отличие от экономической составляющей, эти вопросы не имеют гражданства. И на них, пожалуй, сложнее всего ответить.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
При републикации материалов сайта «Тезис. Гуманитарные дискуссии» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Похожие записи

« »