О выставке Третьяковской галереи «Георгий Костаки. Выезд из СССР разрешить...»

«Комбинация» Георгия Костаки

Дек 6 • КультураКомментариев нет

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (4 votes, average: 5,00 out of 5)

12 ноября в Третьяковской Галерее на Крымском Валу открылась выставка к 100-летию коллекционера и мецената Георгия Костаки «Выезд из СССР разрешить».

ЗАПРЕЩЕННОЕ ИСКУССТВО

Коллекционер родился в Москве, и на протяжении всей жизни в СССР занимался административной работой при греческом, финском, а потом канадском посольстве. Искусством Костаки интересовался с ранних лет, собирал антиквариат, малых голландцев, однако после войны вектор его интересов меняет направление. Георгий Дионисович начинает собирать авангард, доставая буквально из сараев запрещенное, погребенное идеологией искусство. Позднее вокруг него группируются неофициальные художники 1960-70 годов, деятельность которых в то время также могла осуществляться лишь подпольно.

Георгий Костаки с собакой

Георгий Костаки с собакой

Оставив лучшую часть коллекции в СССР Костаки был вынужден в 1977 году покинуть страну. Выставка включает в себя именно эту ее часть: первоклассные вещи Поповой, Экстер, Клюна, Моргунова, Лентулова, Филонова, производственническую ветвь авангарда — Родченко, Степанову и Лисицкого, и авангард «мягкий» — Штеренберга, Фалька, Тышлера, а также искусcтво его современников нонконформистов — Зверева, Инфанте-Арана, Кропивницкого, Рабина, Краснопевцева и других. Без сомнения, имя Георгия Костаки можно поставить в один ряд с такими коллекционерами, как Сергей Щукин и Иван Морозов. До 1977 года коллекция искусства ХХ века в Третьяковской галерее была представлен лишь частью сохранившейся коллекции расформированного в 1929 году Музея живописной культуры и до 1986 года не показывалась вовсе.

ВЫЕЗД ИЗ СССР

Каким образом был разрешен выезд из СССР? Вопрос, который специалисты и публика задает уже давно, сегодня вынесен в виде императива в названии выставки. Выезд Георгия Дионисовича Костаки из СССР в 1977 году и события вокруг разделения собрания, трагического для любого коллекционера, до сих пор истолковываются по-разному. Документы, которые могли бы прояснить позиции сторон в процессе передачи части коллекции в дар Третьяковской галерее, были рассекречены только в 2011 году, а предыдущие демонстрации собрания, в 1986 и 1997 годах были неполными. Выставка «Выезд из СССР разрешить…» демонстрирует лучшую, оставленную в России часть коллекции. В то время как обещанную вторую часть собрания, принадлежащего музею современного искусства в Салониках, по-прежнему можно увидеть лишь в каталоге вместе с ранее не публиковавшимися документами связанными с вывозом работ за границу.

К.С.Малевич. Портрет М.В.Матюшина. 1913 г.

К.С.Малевич. Портрет М.В.Матюшина. 1913 г.

На экране пожилой Георгий Костаки рассказывает о своем отъезде, называя передачу коллекции государству «комбинацией». Это самое подходящее слово в ситуации, когда вынужденный отъезд соединяется с давно планируемой передачей собрания государству. Нереализованная мечта коллекционера создать музей авангарда дополнялась пониманием того, насколько трудно будет сохранить целостность коллекции за рубежом.

В центре экспозиции нетипичное для Третьяковки пространственное решение — огромный куб-лайтбокс, на гранях которого фотографии самого драматичного в этой истории момента — отъезда Георгия Костаки за границу. На них коллекционер, красивый и уверенный, окружен художниками, пришедшими попрощаться, в то время как зал музея заполнен холстами и графическими листами, — собиравшимися в течении жизни сокровищами, сросшимися с этой жизнью, и срастившими людей между собой.

КОЛЛЕКЦИОНИРОВАНИЕ КАК СТРАСТЬ

Коллекция — это всегда человек, и его история, и уже потом, нанизанные на эту историю предметы, которые подобно центрам окружностей, включают в себя самые различные спектры жизни, поколения и эпохи. В истории искусства коллекционеры нередко оказываются в тени шедевров, которыми они обладают. В особенности после того, как произведения попали в музей: провенансы бережно оберегаются хранителями, а сами работы надежно скрыты от глаз зрителей. Когда последние все же появляются в залах постоянной экспозиции, они уже настолько оторваны от среды своего первоначального обитания, что превращаются в артефакт, словно существовавший вечно и взявшийся ниоткуда. Попадая в музейное собрание они переходят на другой уровень бытования, а значит и восприятия. Таким образом, в сознании смотрящего всегда остается белое пятно, слепая зона, ставшая незаметной и привычной из-за постоянного ее умозрительного присутствия. Не исключено, что эта слепая зона и есть самая главная составляющая: жизни, события и случайности, которые вращаются вокруг одного устойчивого и подтвержденного экспертами центра — живописного полотна.

А.В.Лентулов. Пейзаж с воротами. 1913 г.

А.В.Лентулов. Пейзаж с воротами. 1913 г.

Выставка коллекции Георгия Костаки сразу же сбивает с этого музейного хода, наглядно иллюстрируя слова «коллекционер» и «меценат». Костаки собирал живопись, первоначально не ставя перед собой цели сформировать музейную коллекцию и не имея специального образования. Это была его жизнь, его страстное увлечение, о котором он сам говорил как о болезни, доставлявшей немало трудностей семье.

Как правило, оставаясь всю жизнь на своей земле, люди перестают ощущать ее специфику, а также видеть нити зарождающихся новых явлений. Будучи рожденным в Москве, греческий подданный Георгий Костаки сумел увидеть то, что было скрыто от глаз многих специалистов и ценителей искусства, открывал авангард путем естественного «ориентирования на местности», не имея специального образования, обнаружил связь беспредметного искусства с иконописью и народным искусством. Имея опыт собирательства антиквариата и живописи малых голландцев он решил переключиться на то, что можно было найти вокруг себя.

А вокруг был СССР 1946 года, когда авангард и беспредметное искусство было в глубоком забвении, первые имена художников авангардистов были под запретом, а нонконформисты не имели ни малейшего шанса на существование. В то же время не стоит забывать, что оставаясь всю жизнь посольским служащим, Костаки имел возможность комбинировать «взгляд туриста» (об этом убедительно пишет Александра Новоженова) и местного жителя. Однако не только возможности взгляда на запад и с запада, но и хороший глаз в сочетании с желанием сохранить вымирающее искусство, позволили ему собрать одну из самых значительных коллекций русского искусства ХХ века.

Соломон Никритин. Суд народа. 1934 г.

Соломон Никритин. Суд народа. 1934 г.

Коллекция искусства стала полем, где произошло столкновение частной и общественной жизни. Дружба с художниками и интерес первооткрывателя выросли в стремление открыть государственный музей, шедевры мирового значения, увиденные среди «хлама» человеком, не имевшим ориентиров и знаний, дали возможность получить разрешение на выезд для семьи и до сегодняшнего дня вызывают споры и домыслы об их первом владельце, который после того, как сделал невидимое искусство видимым, сам был вынужден исчезнуть.

Трудно вообразить себе подобную коллекцию в небольшой московской квартире, но почему-то легко представить себе взгляд этого человека с красивым профилем. Только его способ смотреть, воспринимая чистую природу авангарда, дал возможность осознать никем еще не проговоренную ценность этого явления. Определенно, и сегодня стоит попробовать настроить внутреннюю оптику и смотреть на живопись подобным образом, переходя от одного шедевра к другому, то и дело сталкиваясь с этими взглядами на прощальной фотографии.

Выставка «Георгий Костаки. «Выезд из СССР разрешить…». К 100-летию коллекционера» продлится в ГТГ на Крымском Валу до 8 февраля.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
При републикации материалов сайта «Тезис. Гуманитарные дискуссии» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Похожие записи

« »